[ Оглавление ]
Слишком долго мы считали, что у нас нет наркомании. А сейчас она удавкой захлестнула Рубцовск. Начали действовать. Ан, оказалось, поздно. Каждый день кто-то умирает от наркотиков. Сегодня мы отмахиваемся еще от одной такой болезненной проблемы - бомжей. Кто-то закрывает на это глаза, кто-то отводит их, кто-то просто делает вид ничего не замечающего благополучного обывателя. Ох, как бы опять не опоздать.
- Эти люди сами во всем виноваты, - высказал свое мнение один из руководителей, наделенный властью в нашем городе и ничего на сегодняшний день не сделавший для изменения ситуации.
Понятны чувства нормального человека - брезгливость, негодование, даже ненависть к себе подобному, к человеку, которого и человеком-то трудно назвать. Бомж - как выстрел, как удар хлыста. Всякий опасается - как бы не по нему. Попадает. От такой жизни, которую называют взрывом социального неблагополучия, только в нашем городе в тысячи раз возросли бытовые заболевания: педикулез (попросту вшивость), чесотка, туберкулез. Хоть и называют их бытовыми, а подхватить эту заразу запросто можно в транспорте, магазине, бане, даже в поликлинике, на работе, в школе... Везде, где мог побывать больной бомж. А они все, как правило, с букетом различных заболеваний.
- Среди них с диагнозом сифилиса встречается столько людей, сколько с насморком - среди обыкновенных во время эпидемии гриппа, - делится мыслями по этой проблеме зам. директора дома-интерната для престарелых и инвалидов Рудольф Дмитриевич Горбатовский. - Если десять лет назад мы сталкивались с единичными случаями сифилиса, туберкулеза у стариков, то сейчас такие больные исчисляются десятками. В городе зарегистрировано около пятисот человек с сифилисом, сколько из них бомжей - никто не считал, да, собственно, они в диспансер и вовсе не обращаются, выявляем заболевших только тогда, когда приходится оформлять их в наш дом.
Бомжи - потенциальные преступники, совершающие кражи, грабежи и даже убийства. А 18 октября сотрудниками милиции зафиксирован факт изнасилования бомжем несовершеннолетней. Это - изверг - 30-летний мужчина, безработный, нигде не прописан. Сил, ума найти работу или крышу над головой - нет, зато нашлись они на удовлетворение потребностей грязной плоти. А сколько подобных случаев умолчали пострадавшие из-за боязни разглашения этого преступления? Никто не знает.
Почему бомжи "расплодились"? Знаю, знаю, что услышу от большинства: жизнь стала тяжелой, зарплату годами не выплачивают, безработица кругом... Все это так и спорить с этим вряд ли кто станет. Из нашего Уголовного кодекса исчезла статья о пресечении паразитического образа жизни, тунеядства. Теперь ее нет - вычеркнули из жизни, как вычеркивают из жизни и падших людей. Теперь вынужденные простои заводов исключают возможность предъявлять претензии к тем, кто числится безработным, не зарегистрирован на бирже труда.
В России официальных безработных более 15 млн. человек. Задолженность по выплате пособий по безработице составляет полтора триллиона рублей. В Рубцовской службе занятости на учете стоит 1600 официальных безработных.
Что ж, бомжи, живите спокойно: в новом Уголовном кодексе просто нет для вас подходящей статьи!
А проблема есть. Поэтому...
- Нужны какие-то нормы, оговорки, учитывающие все стороны этого явления, - высказал свое мнение адвокат Федор Михайлович Сивидов. - Конечно, эти дополнения должны основываться на незыблемых принципах сохранения прав человека, и в то же время - защищать права нас с вами от паразитирующего криминала, кто нарушает покой и права других людей.
Но вернемся, хоть это и неприятно, к самим бомжам. Кто-то, по стечению обстоятельств стал бомжевать, кто-то, из нищенского существования сделал промысел и, даже никогда не пытался изменить положение. Иначе их называют профессионалами. Вот такой профессионал: знакомьтесь, некто Худяков. Не так уж и стар, тридцатого года рождения. Большую часть жизни провел в местах не столь отдаленных. Проживал в домах для престарелых в Барнауле и Рубцовске. Неуживчивый, озлобленный, пьянствующий и, к тому же, вороватый.
- Он не понимает ни добра, ни зла, - рассказывает Александр Иванович Мурзинцев, фельдшер дома-интерната. - Повадки зверя: захотел выпить - у кого-то крадет, захотел что-то доказать - начинает драться, захотел есть - в чем бродяжничал, в том и в столовую заявляется, захотел в туалет - где приспичило, там и... Да, признан вменяемым, но полностью деградированная личность. Немного его подлечим, отмоем, он вновь устремляется в бега. Через неделю-другую возвращается в интернат, и все начинается сначала.
За различные нарушения милиция его несколько раз задерживала. Но вшивый, грязный до коросты... К такому прикасаться опасно, опасно в кутузке среди других держать. Но где бы он ни был - везде чувствует себя господином, которому все позволено.
Два месяца летом на автовокзале лежал бомж. Парализованный, с открытой формой туберкулеза, с трубкой для вывода наружу мочи... Все это время работники комитета социальной защиты населения обзванивали инстанции от центра санэпиднадзора до главы города, чтобы оказать помощь бомжу Николаеву. Однажды Нина Васильевна Лошкарева не выдержала.
- Раздобыла-таки машину, нашлись добрые люди, погрузили его и привезли в СЭС. Санитарки нагрели воды (в центре не было горячей воды), вымыли и обработали старика. Куда дальше? Только психбольница нашла возможность принять. Но прежде пришлось выслушать кучу упреков и раздраженных отговорок от многих работников, в чьем ведении есть и предупредительные, и правовые, и социальные нормы определения подобных граждан, - рассказала Нина Васильевна, начальник отдела срочной социальной помощи комитета по соцзащите.
Некоего Бражникова бомжем не назовешь - есть свой дом, где-то живет сын. Но отец вел жизнь безобразную, на старости лет остался без каких-либо средств, даже без пенсии. В конце концов комитет оформил социальную помощь, доставили ее по адресу... уже мертвецу. Пять дней пролежал он в пустом, закрытом доме. Есть такой бомж - по фамилии Власюк, живет на заводе, откуда его гонят, дожидается путевки в дом престарелых. Страшно предрекать, но он в таком состоянии, что может ее не дождаться.
Таких бы людей в дом-интернат для престарелых. Да процедура оформления такова, что почти целый год приходится ждать путевки. Представьте, 80 стариков ждут, из них 32 находятся в экстремальных ситуациях, умерло более двадцати, так и не дождавшись пропуска на лучшую участь. Вот вам и статистика, откоторой мороз по коже...
Бытует и такое мнение (кстати, дельное, как мне кажется) - надо дать инструмент правоохранительным органам для борьбы с криминально-паразитической жизнью отдельных граждан. Возможно, стоит внести дополнения или поправку, примечание ли, которое давало бы возможность стражам порядка действовать свободнее в отношении бомжей. Например, поступить так, как поступают в Венгрии. В Будапеште поздним вечером собирают сомнительных лиц в особых полуподвальных помещениях, наряжают в оранжевые жилеты, дают в руки метлы, совки, лопаты и отправляют на улицы. Пожалуйста, поработай на благо общества: мети, убирай мусор и грязь, чисть тротуары, места общего пользования. Бомжам платят за это, но удерживают из заработка деньги за медицинское или санитарное обслуживание, за услуги столовой. Полезно всем - и им, живущим и зарабатывающим теперь своим трудом, и горожанам.
Есть еще положительные примеры социальной адаптации бомжей и в нашей стране. Дабы не плодить худяковщину, не засорять жизнь людей, в некоторых городах организуют ночлежки. Иначе их называют: дом ночного пребывания. С подобным предложением городская служба срочной социальной помощи не раз обращалась в органы местной власти. Но пока отмахиваются. Ссылаются на срочность других захлестнувших проблем. Неужели приведенная статистика не убедительна? А проблемы? Они всегда были и есть, будут еще. Одни цепляются за другие. Одни вытекают из других.
Конечно, на организацию ночлежки нужны деньги. Их уже подсчитали: 2,5-3 млрд. рублей. Если таковые найти, то можно будет избежать попадания всего города "на дно".
В беседе с людьми, занимающимися социальной помощью, услышала и другие, менее обременительные для местного бюджета предложения. Например, организация на базе какого-либо медицинского учреждения социальных коек, где могли бы поддерживать свое здоровье люди перед поступлением в дом-интернат. Предлагали и так называемый сестринский уход в отдельных боксах.
На Руси особо ценился уход за немощными или заразными больными послушницами или послушниками монастырей. Да мало ли подобных примеров! А самое главное, есть энтузиасты, их бы немного поддержать. Господи, помоги! Не звери ж мы, живы ведь еще незабытые понятия - сострадание, милосердие, сочувствие.
[ Оглавление ]