[ Оглавление ]
ТАИСИЯ Николаевна шла домой. Утро 13 ноября было теплым, и она специально замедлила шаги, чтобы подольше побыть на свежем воздухе. Думалось: "Вот тебе и тринадцатое, а день какой замечательный зарождается." Неспешно Таисия Николаевна подходила к избе бабушки Зои. Мысли переключились на старушку: "Эх, бабка. Сколько ей? Уж восемьдесят поди. Одна живет, а все сама делает. Крепкая, дай Бог каждому."
На сердце вдруг стало тревожно, что-то интуитивно насторожило. Утро было не раннее, а у бабушки окна шторами закрыты, печь не топится, да и дверь в сарай открыта. Не могла баба Зоя непорядок такой допустить. Да и вставала, за работу бралась раньше всех. "Приболела, что ли? - предположила женщина, - позову-ка соседа, а то одной заходить что-то боязно".
Вместе с Валентином Федоровичем вошли в хату. Хозяйка лежала на кровати лицом к стене. Валентин тронул ее за плечо.
- Баба Зоя, вставать пора. Петухи давно отголосили. - Потянув посильнее, мужчина вздрогнул. Повинуясь его руке, окоченевшее тело перевернулось на спину. Блеснули остекленевшие глаза. Валентин испуганно отпрянул.
- Слышь, Таисия, - голос от волнения стал хриплым, - старушку-то, кажись, убили. Глянь, синяки какие на шее.
Соседка с трудом подавила крик, замахала руками.
- Да брось, кому бабушка мешала? Жила себе да жила.
Валентин Федорович вздохнул:
- Жаловалась она мне постоянно, что приходят к ней в темное время родственнички Женька да Сашка. В двери ломятся. У жены моей как-то просилась переночевать. Иногда и оставалась. Боялась их сильно. Ты, тетка Таисия, давай, беги в милицию - сообщай. Видишь на столе - объедки, скорлупки. Не могла она сама столько съесть. Да и разбросано в доме все! Будто искали чего.
За сутки до
случившегося...
- Ну что, брательник, как дела? Что на горизонте веселого? - Женька Иванов светился радостью. А вот его родной брат сегодня был не в духе.
- Да ни хрена хорошего. На курево и то денег нет. У матери спросить, сам знаешь - завоет, мол, одна работаю, вас, балбесов, содержу, а вы...
Не отличались братья трудолюбием: хоть бы книжки читали - и то занятие. Младший, Евгений, 1979 года рождения, кое-как закончил семь классов вспомогательной школы, но с милицией был знаком. Состоял на учете. Второй, Александр, на год старше, а по "учености" далеко брата переплюнул. Совсем неграмотным слыл. Да и в действительности был таким.
Мать их почтальоном работала. Не оттягивали руки стопки писем, газет и журналов. Время не то. Зато была она самым желанным гостем всех окрестных стариков, когда им домой приносила пенсию. Это и сыграло основную трагическую роль во всей описываемой истории.
- Ладно тебе, Сашка. Хочешь, научу как настроение наше поправить?
Евгению было что поведать брату. Мать в тот день работала дольше обычного. Наконец деньги перечислили, старалась всем пенсию принести, никого не обидеть. Родственнице своей, бабушке Зое, в первую очередь доставила. 250000 рублей сразу, а две с половиной тысячи, поскольку мелких денег еще не было, пообещала отдать попозже. Вскоре вернулась, донесла остальные. Младший увязался за матерью. Так что, секрета в том, что баба Зоя - человек с "достатком" - для него не было.
Говорят, что лишить человека жизни непросто. Или так было раньше?.. Сегодня, очень часто, в злобе, беспричинном гневе калечат, режут, душат, издеваются... Нет, наш "герой" не имел ничего против родной старушки. Ему "просто" нужны были деньги.
Решение убить пришло сразу. Никаких угрызений совести не было. Да само это понятие для Евгения звучало как личное оскорбление. На душе стало спокойно от мысли, что скоро они с братом заживут "по-человечески". Он совсем не размышлял: хорошо или плохо становиться убийцей. Думать, малость, пришлось потом, когда обсуждали с Александром план действий.
Тот поначалу заартачился.
- Ты чо, Женька, мы же на учете... Поблажек не будет.
- Ты зубами-то раньше времени не стучи, - озлобился младший, - что в 94 установили, помнишь?
Из материалов
судебного
заседания:
"Признание их (братьев Ивановых) в 1994 году невменяемыми объясняется задержкой интеллектуального развития в подростковом возрасте."
Евгений снисходительно улыбнулся:
- Мы что, шибко умные с того раза стали? Один раз все с рук сошло, сойдет и во второй.
Аргумент для Александра был бесспорным и братья стали готовиться. Как убивать - решили сразу, расположение построек и дверей им были известны с детства. "Сборы были недолги". Взяли строительную монтажную выдергу и пошли.
На месте перелезли через калитку, придвинулись к сараю. Он вплотную примыкает к дому родственницы и из него можно попасть внутрь. Мешала лишь дверь. Да разве таким "молодцам" она помеха? Вдвоем, вооруженные выдергой, стали ломать несложный заслон. Дверь приоткрылась. Услышав шум, баба Зоя не растерялась. Взяла вилы и попыталась отбиться от нападавших. Кричала, звала на помощь. Не ожидавшие такого отпора от старухи, братья не на шутку разозлились. Раздражение переросло в слепую ярость, придало энергии. Но дверь все еще плохо поддавалась. Евгений ухватился за вилы, а Александр пролез в проем. Вцепился руками хозяйке в горло, стал душить ее. Повалил на пол, все крепче сжимая пальцы. Женщина отчаянно сопротивлялась. Евгений выдернул вилы у слабеющей жертвы. Тогда бабушка попыталась царапать лицо душегубу. Александр выругался. Подскочил Женька и стал держать ее руки. Силы были слишком неравны. Скоро борьба закончилась. Но... Сашка не торопился расцеплять пальцы, он спокойно дождался конца конвульсий. Для верности послушал: стучит или нет у старухи сердце. Убедился - мертва. Удовлетворенно произнес:
- Готова! Пошли за деньгами.
Потом спросил:
- А ее куда - вдруг кто зайдет, увидит.
- Да нет, дело к ночи. Кто сюда потемну мотаться будет, но можем и убрать ее отсюда, - поразмышлял младший.
Посовещавшись на всякий случай, занесли труп в дом. Бросили на кровать, отвернули к стене. Убитая раздражала блеском неподвижных глаз. Стали искать деньги. Опять же, из предосторожности (хватило ума), Александр занавесил окна половиком. Денег они так и не нашли. Есть у старушек заветные, хитрые закуточки. Наученные долгой, трудной жизнью, они так прячут свое кровное, что порой и сами не сразу вспоминают тайное место. Тогда братья решили вознаградить себя за "труды тяжкие" по-другому.
ИЗ МАТЕРИАЛОВ СУДЕБНОГО
ЗАСЕДАНИЯ
"Евгений Иванов из найденных в доме яиц, в количестве десяти штук, стоимостью 5000 рублей, приготовил яичницу. Затем изготовил оладьи из одного килограмма муки, стоимостью 2500 рублей. Из найденной гречневой крупы начал варить кашу (один килограмм), стоимостью 3600 рублей. Общий ущерб от действий братьев для потерпевшей составил 11100 рублей."
И еще жизнь, добавим мы... Жизнь, которая была дорога старому человеку. Яичницу и оладьи оба Иванова съели, а кашу, не доварив, оставили и ушли. Домой, судя по показаниям матери, вернулись в десятом часу вечера. Спокойные и невозмутимые.
Суд состоялся
13 мая 1997 года в Рубцовске Александру и Евгению был вынесен приговор.
Во внимание судом брались, как смягчающие вину обстоятельства: несовершеннолетний возраст Е. Иванова, в момент совершения преступления , чистосердечное признание братьев, раскаяние, помощь в раскрытию преступления. Так и отягчающие обстоятельства: совершение преступления в отношении престарелого, то есть, беспомощного лица, каковым являлась 80-летняя одинокая женщина.
К сведению читателей. Ранее братья привлекались к уголовной ответственности за разбойные нападения, но были освобождены в связи с направлением их на принудительное лечение в психиатрическую больницу. Понятно, что в нынешнем деле опять проводилась медицинская экспертиза на установление вменяемости. Заключение амбулаторных и стационарных экспертиз гласит: "Оба подсудимых обнаруживают признаки интеллектуальной недостаточности в форме олигофрении в степени дебильности. Однако нарушения психики не столь глубоки и выраженны. Это не лишало их в период времени, относящийся, к правонарушению способности осознавать факты, характер и общественную опасность своих действий, а потому Ивановых следует считать вменяемыми. На данный момент у врачей-психиатров нет оснований сомневаться в этом.
Алтайский краевой суд признал вину братьев доказанной. С учетом всех факторов суд посчитал, что исправление подсудимых возможно только в условиях изоляции их от общества. Расходы на похороны обязаны возместить виновные.
Евгений Иванов лишился свободы на девять лет, отбывает наказание в воспитательной колонии общего режима. Александру Иванову предстоит 11 лет находиться в исправительной колонии общего режима.
Суд состоялся. Два молодых парня определили свою судьбу. Может, на роду им так написано? Не знаю... Жизнь до определенного момента дает нам шанс остаться человеком, не скатиться в пропасть. Каждый решает сам - или шагнуть за роковую черту или нет.
А еще, имя "Александр", по иронии судьбы, означает мужественный защитник, а "Евгений" - благородный.
[ Оглавление ]