[ Оглавление ]
С главным врачом Рубцовской станции переливания крови Владиславом САДЫКОВЫМ беседует корреспондент Татьяна АРАКЧЕЕВА.
- Владислав Закиевич, Рубцовск отыщется не на всякой карте. То, что "Почетный донор России" №1 - наша землячка Валентина Анкудинова, является счастливой случайностью?
- Конечно, нет! Это свидетельство поистине всероссийской известности Рубцовской станции переливания крови (СПК), дань уважения нашим донорам.
Почти пятилетнее ожидание, томительное и несправедливое для всех доноров страны, наконец-то закончилось праздником. И москвичи, и омичи, и барнаульцы, дарящие кровь людям, достойны уважения. Но все-таки приятно, что наши - первые среди равных!
- А каковы причины этого томительного ожидания?
- В крылатом выражении "Хотели как лучше, а получилось - как всегда". Благодаря законодателям закон "О донорстве крови и ее компонентов" - один из первых "медицинских" законов. Положение о знаке утверждено специальным постановлением правительства. Признание заслуг доноров на уровне государства значительно повышает статус знака. Ведь раньше он выдавался международной, уважаемой, но все же общественной организацией - Обществом Красного Креста.
А затем... Распадалась держава, рушилась экономика, ветви власти воевали друг с другом. Как всегда, причины были объективны и убедительны. Процесс пошел только тогда, когда к руководству Министерством здравоохранения и службой крови пришли новые, знающие и неравнодушные люди.
- А остальное - дело техники?
- Достаточно хлопотной и трудоемкой. Большую работу выполнили специалисты Минздрава. Громадная нагрузка легла на донорский отдел Российского НИИ гематологии и трансфузиологии. А сама министр Т. Дмитриева и ее заместители вынуждены "уподобиться" кинозвездам - им придется поставить автографы в нескольких десятках тысяч (!) удостоверений. Ведь наши, рубцовские, - первые ласточки.
- Работникам СПК тоже, очевидно, досталось...
- Да еще как! На протяжении четырех лет все, не сделанное российскими, краевыми и местными властями, обрушивалось на наших регистраторов, лаборантов, медицинских сестер, врачей...
Как обычно, обстановку намеренно - ложью и клеветой - накаляли наши недоброжелатели. В какие только двери мы ни стучали и какие пороги ни обивали. А письма, звонки, поездки! Знаки и удостоверения весили больше пуда! Почти две недели везла их от Петербурга до Москвы, а затем до Рубцовска С. Букина, старшая медсестра отдела заготовки и Почетный донор России.
Но все хорошо, что хорошо кончается. И если торжественный вечер донорам понравился, то какая разница, сколько усилий и десятков миллионов на это потребовалось. Ведь главное, чтобы доноры поверили: слова "Донорство почетно" - не просто лозунг.
- Методическое пособие с подробным перечислением льгот и указанием, как их добиться, вызывает двойственное чувство...
- В России много замечательных законов, включая Конституцию, которые никто и не думает выполнять. Правовой беспредел в стране кажется непреодолимым, а чиновник - непобедимым. Это не так. До правового государства нам далековато, сами по себе льготы в руки не упадут, но добиться справедливости можно и нужно. И мы разработали методичку. Она пригодится и почетным донорам СССР. Получить методичку можно в регистратуре СПК, а консультацию - ежедневно с 17 до 18 по телефонам 2-61-86 или 2-65-60. Вполне возможно, что у доноров появятся трудности.
- Это интуиция?
- Информация - мать интуиции. Двухлетний печальный опыт общения с Рубцовским городским Советом убеждает в реальности опасений. А суть вот в чем. Во многих городах и районах России местными властями по предложению ЦК Общества Красного Креста еще в 1994 году были введены временные удостоверения, обеспечивающие льготы будущим Почетным донорам России в полном объеме. "Весовой категории" главного врача не хватило, чтобы "пробить" тогдашнее руководство города (А. Мазжухин, С. Пименов). Выборы в 1996 году прошли после утверждения бюджета, и расходы на доноров ввести было, якобы, невозможно. Но и при утверждении бюджета на 1997 год нашлись деньги на все, кроме... доноров.
Тогда я предложил "отрезать" на обеспечение льгот донорам 175 миллионов рублей за счет финансирования станции переливания крови. От неожиданности коллеги по Совету со мной согласились. Более того, в январе 1997 (!) года льготы стали финансироваться!
- Больше года назад? Ничего не понимаю!
- Не хватало самой малости - постановления Совета об утверждении временных удостоверений. Истрать я хоть копейку без постановления - обвинение в нецелевом использовании бюджетных средств и уголовной статьи не миновать.
На XII сессии мне удалось включить вопрос в повестку. Настояв на поименном голосовании, отбил попытку снять вопрос с обсуждения. Но рассмотрение его перенесли на следующую сессию и там исключили из повестки.
Все семь попыток заканчивались безрезультатно: вопрос о временных удостоверениях или не включался в повестку, или исключался из нее без обсуждения. Ни разу не удалось повторить и поименного голосования.
- А вы не пытались выяснить причины?
- В пылу полемики депутат В. Карачев сформулировал мысль так: "Если мы примем такое постановление, то как, Владислав Закиевич, вырастет в городе твой авторитет!"
К сожалению, суть в том, что ущемление прав доноров попытались использовать как средство борьбы со станцией переливания крови и со мной лично.
- А в чем проявляется эта борьба?
- Пятнадцать месяцев мы боролись с чиновниками за юридическую регистрацию, на 4 месяца нас останавливал центр санэпиднадзора, за полтора года уже третий вариант учредительных документов признается недействительным, комиссия следует за комиссией и за проверкой - проверка. Состоялось не менее 12 заседаний арбитражных судов трех уровней - вплоть до федерального.
Нас всегда круто прижимали с бюджетным финансированием, но в 1998 году просто накинули удавку: утвержденных на квартал средств достаточно только для проведения на выезде двух (!) дней доноров, и то лишь на питание последних.
Станцию, обслуживающую треть Алтайского края (19 районов), начисто лишили финансирования за счет субвенций на межрайонные организации. Ни рубля не выдано за счет краевой программы "Кровь". Почти полуторамиллиардную задолженность 1996 года нам ни один из бюджета гасить не собирается. Третий год упорно не утверждаются цены на продукцию и услуги СПК.
Доля внебюджетных (собственных) доходов в общих финансовых поступлениях составляла 1/2, 2/3 и даже 3/4. В 1998 году мы на 98% финансируем свои расходы самостоятельно. При этом полностью обеспечиваются потребности больниц в компонентах и препаратах крови, на треть миллиарда поставлено - без оплаты - продукции в Барнаул. За два года отпущено бесплатных и льготных медикаментов почти на два миллиарда рублей. Совершенствуются технологии, расширяется ассортимент, улучшается качество продукции.
Мы похожи на фокусника, достающего кроликов из пустой шляпы. Так может продолжаться неделю, две, месяц. Но рано или поздно кролики в шляпе закончатся, и СПК остановится. Больным это грозит гибелью. Я не преувеличиваю.
- Откуда же столько напастей сразу?
- Пусковым механизмом послужил мой иск о защите чести и достоинства к Краевому комитету по здравоохранению, газетам "Мы и здоровье" и "Вечерний Рубцовск". Но причины гораздо глубже. Они даже не в том, что от власть имущих ускользают деньги, на которые можно понастроить и оборудовать новые офисы, купить лимузины. С сентября 1996 года горздрав отказался иметь СПК в своей структуре. Мы же обеспечили в 1997 году рекордную выдачу ( за все 30 лет существования РГСПК) компонентов и препаратов крови. Просто-напросто наша успешная работа - это доказательство ненужности армии чиновников.
Для них мы смертельно опасны самим фактом существования.
[ Оглавление ]