[ Оглавление ] 27 января исполнилось 55 лет со дня снятия блокады Ленинграда. Накануне этого праздника поздравления за подписью Президента получили рубцовчане – блокадники и защитники Ленинграда. Сейчас в Рубцовске проживает 20 человек, награжденных медалью "За оборону Ленинграда", и 52 человека, живших в лихие блокадные годы в городе на Неве.
В первую, самую тяжелую блокадную зиму Игорю Григорьевичу ИЛЛАРИОНОВУ было четырнадцать лет:
— Мы жили с матерью и сестрой, отец в декабре сорок первого погиб под Ленинградом, в ополчении. Приходилось и окопы, и противотанковые рвы копать – на фронт по возрасту не проходил.
Нашу семью спасло то, что в феврале к нам на постой определили солдат. Мужички были добрые – нет-нет и нальет один ложечку супа, другой. Глядишь, и полкружечки получится... В марте топить было нечем, я на второй этаж ходил (там в квартире четыре трупа лежало). Что горит, все оттуда перетаскал, даже полы разобрал – чтобы только спасти мать, сестру, самому спастись. Еще две старушки-соседки к нам ходили греться.
В марте домоуправ нам, мальчишкам (ведь мы квартал свой хорошо знали), задание дал — искать ребятишек. Как бывало: отец или воюет, или погиб, а мать ребенку последний кусок отдавала, сама умирала. Заходишь порой в квартиру, а там у тела матери ребенок двух-трех лет копошится. Завернешь его в какие-нибудь тряпки и несешь в приемный пункт. На моем счету четверо таких пацанов. Карточку ребенка дня за три нам отдавали – а это 300-400 граммов хлеба!
Когда зима эта страшная кончилась, сестра моя до того слаба была – глядишь, вот-вот на Пискаревское увезут. Дом сгорел во время бомбежки – все пропало, даже шапку зимнюю не успел схватить. Вот мы и эвакуировались, через Ладогу. Потом в Сибирь попали.
Дай Бог, чтобы внуки никогда того не видели, что деду довелось увидеть. Такая страсть... Это никогда не забудешь. У каждого, наверное, в таком возрасте ностальгия по прошлому. Ну а прошлое-то какое наше?..
Всего на четыре года старше Игоря Григорьевича Валентина Ивановна ДУДКИНА, в войну – Валя Дудкина, радистка 4 полка 3 Ленинградской партизанской бригады:
— Самая страшная карательная экспедиция была в сентябре сорок третьего. Погибло много наших, погиб командир бригады Герман. Мы вышли из окружения, и девять дней нас немцы преследовали. Каждый отвечал за соседа, потому как на ходу засыпали.
Адъютант командира полка, мальчишка молодой, отстал, не вынес – где-то присел и... уснул. Так потом рассказывал: "Просыпаюсь – птицы поют, солнышко светит! И никого нигде нет".
Догнал-то он нас легко: ведь мы сами шли, раненых везли – после нас большая дорога оставалась. Потому и немец на хвосте был девять дней. Только мы приходим в деревню, уже начинается "бух-бух".
У немца же разведка, "рамы" нам никакого покоя не давали. Это такая гадость! Ровно в пять часов – "тр-тр-тр" — летит "рама". И если мужчины на улице – значит, в деревне партизаны. Все прятались. Так он, гад, видит, что никого нет – и начинает по соломенным крышам термитные шарики бросать, поджигать. А стрелять по "раме" нельзя – летчик своим сразу передаст.
А вот 13-14 января 1944 года, когда блокаду прорывали, то немец так побежал, что наши не могли наступить ему на хвост. И партизанам был приказ фашистов задержать. У них-то и самолеты, и пушки, и минометы, и автоматы. А у нас – винтовки да пистолеты. Много тогда наших ребят погибло. Было, конечно, страшно...
"Проверка смертью шла четыре года, проверка жизнью длится жизнь"... Валентина Ивановна воспитала сына и дочь, долгие годы посвятила медицине. Общественной работе отдает себя и поныне – она член городского совета ветеранов. Игорь Григорьевич 48 лет проработал на АТЗ, вырастил двух сыновей. Трудовую династию Илларионовых знали на Алтайском тракторном.
Обе проверки выдержали наши герои – и военным лихолетьем, и мирным трудом.
[ Оглавление ]