Ждут улучшения своей участи опекуны детей. Официально ведет их дела комитет по образованию, но денег опекуны не получают намного дольше, чем педагоги. Почти 20 месяцев. Учителя хоть бастовать могут – их услышат, чем-то помогут. От опекунов ничего не зависит – это они зависимы. Сегодня все, кто недополучают заработную плату, пособия, пенсии, опекунские (список можно продолжать и продолжать), стали подневольными спонсорами родного государства. Это в лучшем случае. Хуже и страшнее, когда купюры вместе с людскими слезами уплывают мимо обездоленных в карманы шустрых воротил. Отчаявшиеся люди в последней надежде пишут в газету.
Потеряв родителей, наши дети не стали сиротами. В большинстве случаев их опекунами становятся бабушки и дедушки, а то и просто добрые люди. Но судьба безжалостно обошлась с этими детьми, вернее безжалостны к ним люди, осуществляющие финансирование этой категории. Ни один властный чиновник ни одним словом не обмолвился, что есть еще в нашем обществе люди, которые не получают пособия уже почти два года. Такой задолженности нет ни у одной категории бюджетников. На все вопросы ответ один — нет денег, потому что финансирование осуществляется из местного бюджета. А в нашем бюджете, наверное, еще очень долго не будет денег для сирот. Бьются работники отдела опеки, стараясь хоть как-нибудь помочь детям, но что могут сделать они без поддержки руководителей. За все это время некоторым нуждающимся выделили по мешку муки, некоторым — талоны на хлеб на 70 рублей, да еще кого-то осчастливили на 50 рублей, чтобы отовариться в магазине мясокомбината. Но и здесь не обошлось без печальных казусов. Списки передали в торговую точку седьмого декабря, а четвертого декабря цены на продукты значительно повысились. Вот и представьте, сколько колбасы можно купить за такие деньги.
Добавим, что, в большинстве своем, опекаемые дети хронически больны. Они нуждаются в лечении, в усиленном питании, в теплой одежде. Из задолженности опекунского пособия не оплачивают перечислением за детский сад, потому что это документ, не подкрепленный ничем. Вот решили написать в газету: может, прочитают ее работники финотдела, да в левой части груди что-нибудь стукнет у них громче, чем обычно, да подпишут они бумагу, касающуюся детей.
[ Оглавление ]