[ Оглавление ] Очереди на получение квартиры в жилищном отделе администрации ждут 36000 нуждающихся.
За четыре месяца текущего года милицией общественной безопасности задержано 54 лица без определенного места жительства.
По данным центра занятости населения, на сегодня статус безработного имеют 397 рубцовчан.
Этот городской микрорайон не обозначен на карте Рубцовска, не имеет официального названия. Но все же он существует и его обитатели - вполне реальные люди - со своими судьбами, заботами, интересами. Что заставило их стать изгоями? Где они находят средства для существования? Как сами расценивают свое положение? Эти вопросы интересовали нас, журналистов, отправившихся ранним утром на городскую свалку.
ПУТЬ К БОМЖАМ
Весенний ветерок донес зловонный запах. Интересующий нас объект расположен километрах в пяти за чертой города. Вдруг какое-то безотчетное волнение охватило каждого из нас. Как встретят жители мусорного поселка, захотят ли говорить с непрошенными гостями? Признаться честно, само место и непредсказуемость поведения контингента, с которым предстояло общаться, внушало некоторые опасения.
Покинув машину, оказались на месте не столь ужасном, сколь неприятном по внешнему виду. Справа высятся громадные горы отбросов. Слева - изумрудно-зеленое поле, молодая трава которого почти сплошь покрыта полиэтиленовыми пакетами. Их сносит со свалки ветер. Горы и поле разделяет расхлябанная дорога, ведущая туда, где обосновались постоянные жители свалки.
С первым из них мы встретились прямо у домика сторожа. Увидев такого на городской улице, не подумаешь, что он принадлежит к числу бомжей. Относительно чистые лицо и руки, одет в куртку и меховую шапку. Во внешности мужчины - ничего отталкивающего.
- Не подскажете, как найти тех, кто живет здесь постоянно, - попросили мы и представились.
- Ищите сами, - ответил мужчина и недовольным тоном добавил, - понту-то от того, что напишете, ведь ничего не изменится. Написали бы лучше, как менты нас грабят.
- Что же у нищих можно украсть? - удивились мы.
- Инвентарь: лопаты, грабли отбирают, орудий труда лишают, - заявил мужчина и отвернулся, всем своим видом показывая, что давать интервью закончил.
Мы же отправились по дороге в поисках более общительных собеседников. Поодаль от таблички "слив жидких нечистот" пожилая женщина разгребала кучу картофельных очистков.
- Что вы здесь ищете? - обращаемся к старушке.
- Еду для поросенка и дрова, - отвечает та и не перестает орудовать граблями.
- Сколько же здесь можно дров набрать?
- Много, мне на всю прошлую зиму хватило.
- А живете Вы где? - пытаемся выведать у женщины.
- Я-то на Западном. Муж у меня больной, сама инвалидка. Свинья вот сдохла. А пенсии не хватает. Поэтому собираю дрова на помойке, - бессвязный монолог старушки свидетельствовал о том, что не все правда, о чем она говорит. В продолжении беседы выяснили, что обитатели помойки ей хорошо знакомы, она даже фамилии назвала.
- Тут недалеко, идите по дороге, - и занялась своей работой.
- Что отыскать надеетесь? - задали мы вопрос мужчинам, копавшимся в куче мусора.
Олег и Володя искали на помойке алюминий и медь. Сдав цветные металлы в скупку, можно получить приличные деньги и обеспечить себе прожиточный минимум.
Так же, как и предыдущая собеседница, мужчины не признались, что их жилье расположено здесь же, недалеко от места "работы". Из короткой беседы с Володей и Олегом уяснили, что раньше они трудились на заводе, один - на АТЗ, другой - на АСМ, но своей новой "профессии" не стыдятся.
- А что в этом плохого? Люди выбрасывают, а мы подбираем и пускаем в оборот. Здесь много чего можно найти, что потом в быту пригодится, - так рассуждают рачительные "работники".
О том же, как можно использовать ставшие ненужными вещи, мы убедились, побывав в самом поселке хозяев свалки.
РАБОЧИЙ КЛАСС СВАЛКИ
Чтобы отыскать жилье обитателей главной помойки города, следует пройти у подножия "Горы" (так бомжи называют свалку) до ее конца. Сколько ни прицеливайся глазом - никаких домиков в украшенных зеленью кустах не заметишь, и лишь вьющийся поверх насаждений дымок выдает местонахождение землянок и хижин.
Борясь со страхом, идем по протоптанной ногами бомжей тропинке. Пытаемся шутить друг над другом. Правда, предыдущие встречи с "рабочим классом" свалки не дали понять, что здесь царят агрессия и грубость, а все равно боязно как-то…
Дошли. Перед взором - два "коттеджа". Ближний, что справа, видимо, охраняет хозяин - высокий, статный мужчина лет 40. Как ни странно, очень красив. Ален Делон, прямо, если отмыть и обиходить. Знакомимся. Говорит:
- Зовут Сергеем. Паспорт? И паспорт имеется. А как же, вдруг милиция нагрянет…
Сергей был женат, имел в недавнем прошлом свой дом. Он, собственно, как и прежние собеседники, не признался, что обитает в этих трущобах постоянно.
- Вчера только пришел.
- Откуда?
- С города, с Гражданского.
На вопрос зачем пришел сюда, коротко и внятно отвечает: искать и мыть бутылки. Именно для этого, пояснил, греет воду.
- Сереж, сейчас у тебя печка топится? Воду греешь?
- Да нет - картошку жарю.
Ее к обеду он собрал здесь же, на свалке. Чуть позже выяснили, что тут и с луком, и с чесноком дела обстоят не так уж и плохо. Иногда удается собрать мешок-другой даже для продажи! А пока… Из-под ноги Сергея почти выкатился 15-сантиметровый щенок. Черный и потешный. Правда, без клички, зато, по всему видно, не обделен заботой. Подбежал к своей железной миске и начал лакать молоко. Минут несколько спустя из домика вышел кот Федор - мордастый, совсем не похожий на голодного. Как и хозяин, довольно симпатичный.
Пока мои спутницы пытались "разговорить" Сергея на большее, рискнула заглянуть в соседнюю "хату". Сенки открыты в надежде на то, что никто посторонний сюда просто так не придет. Дернув за ручку двери, ведущей в комнату, обнаруживаю, что она закрыта.
- Никого, - кричу своим и оглядываюсь по сторонам. Такое предчувствие - женскую руку кто-то к обустройству хибары приложил. В сенцах на полу - круглый вязаный половичок, убого, конечно, но довольно чисто в этих сенках. В углу - клетчатый баул с каким-то тряпьем.
Обхожу "дом" кругом. Пытаюсь посмотреть в крошечное окошко, вдруг вижу - кто-то в нем есть.
- Здравствуйте, - кричу, чтобы меня услышали с той стороны. - Как вас зовут?
- Никак.., - пытается нагрубить женщина.
- У вас имени нет? Вы нас не бойтесь, мы из газеты, не обижать вас пришли.
- Много вас тут шляется. Не открою!
Сначала мы отчаялись найти в обитательнице этих "хоромов" собеседницу, но разговор через стену и окно продолжили.
Скорее от любопытства, она все же открыла дверь, когда мы подались было прочь.
- Не бойтесь нас. Мы просто поговорить пришли.
Дверь уже более смело открылась, и Ира, так она представилась, впустила нас внутрь.
Темные стены из клочков толя и рубероида, печь-голландка, кровать и топчан, маленькая тумбочка - все, что есть в комнате из мебели. Но вся она, мрачная и жутковатая, осветлена несколькими пятнами - чисто вымытыми стоящими на посудосушке тарелками и бокалами, чистым красным одеялом на заправленной на скорую руку кровати, вилками-ложками в чистом стакане…
- Садитесь, - гладит рукой клетчатый плед Ира. - Я вчера только постирала.
Наверное, когда-то была она неплохой хозяйкой и женой, это видно по всему. Как может, пытается создать уют и в этом убогом жилище, привести внутреннее убранство в согласие со своей, женской, сущностью.
- Ира, а что ж ты в свои 38 не найдешь путевого мужичка с квартирой?..
- А зачем оно мне! Обстирывать да кормить. У меня такое уже было. Муж мой с моей сестрой спутался - я в обиде ушла, оставила им квартиру.
- А сейчас они живут вместе?
- Нет! Сестра погибла - с балкона ее сбросили, а он… Уж не знаю, сколь раз женат был. Родных у меня нет. Мать с отцом лет 15 назад похоронила, брат повесился…
- А дети у тебя есть?
- Дочке 18 лет, замужем.
По словам собеседницы, живет дитя ее нормально, и мать, обитающую четыре года подряд на городской свалке, не видит. Или не хочет видеть… Спасать ее от этой ненормальной жизни, видимо, тоже не желает.
У Иры нет паспорта. Его украли из хижины, пока женщина была в городе. Туда вылазки ее происходят довольно часто: раз в неделю обязательно ходит к приятельнице - мыться в ванной, иногда посещает церковь.
- Там спокойно и хорошо, - утверждает. - А подруга - человек добрый. Всем, чем может, помогает… Вот недавно договорились, что меня пропишут. Только 100 рублей заплатить надо.
И она их заработает. Не бездельница. Как и другие постоянные жители свалки, Ира собирает бутылки и цветмет.
- Каждый день, - говорит, - приезжают приемщики. Дешевле, конечно, дают, но хватает. Покупать-то особенно нечего.
На здоровье бабенка не жалуется, даже желудок от собранной на помойке пищи (представляете!?) не барахлит. И женские недуги не одолевают - жилище свое обогревает зимой печкой. Только вот работать после операции не смогла в сталелитейном цехе. Однако надежды, что жизнь как-нибудь да наладится, не теряет.
- Вот прописка будет - работу найду…
Молодая, симпатичная женщина, оказавшаяся по воле судьбы-злодейки на самом что ни на есть дне, она еще пытается более-менее выглядеть: на ее маленькой тумбочке есть бигуди и флакон с шампунем. На голове - аккуратно повязанный назад светлый платочек и… носки с люрексом на ногах.
Когда мы возвращались по тропинке обратно, Ира, проводив нас, подалась к хижине местного Алена Делона. Видать на картошку жареную.
А МОГЛИ БЫ ЖИТЬ ИНАЧЕ…
Оставив своим новым знакомым незатейливые гостинцы: хлеб и сухари, мы покидали несанкционированный жилой поселок. Страх и предчувствие опасности исчезли. И даже брезгливое отношение к обитателям "Горы" уступило место другим чувствам. В предприимчивости им не откажешь. Они не крадут, не убивают ради наживы. Они зарабатывают на жизнь, ведь стоит потрудиться, чтобы собрать металлолом, вымыть бутылки, перебрать гнилой лук, а затем продать. При всей своей изобретательности они вынуждены влачить жалкое существование на помойке. Но им, похоже,такая жизнь не кажется недостойной. Сколько же им подобных, ненужных, презираемых членов общества обитает на свалках, побирается на улицах, роется в мусорных баках? Городское управление статистики такими сведениями не располагает. Действительно, нельзя учесть тех, кто нигде не значится: ни по прописке, ни по месту работы. Ясно одно, бомжи как социальное явление прочно укрепились в нашем обществе. И не пора ли начать с этим что-нибудь делать?.. Задавшись проблемой, председатель комитета по социальной защите населения администрации города Нина Винникова на последнем аппаратном совещании остро подняла вопрос, во-первых, об оказании бомжам медицинской помощи без ущерба для благополучного населения Рубцовска, во-вторых, об открытии в городе ночлежки для лиц без определенного места жительства. Но об этом - в наших следующих публикациях.
[ Оглавление ]