[ Оглавление ] 11 октября в редакцию газеты позвонили со станции переливания крови:
- Вашему работнику сделали сложную операцию, сейчас он в тяжелом состоянии находится в реанимации, ему срочно требуется кровь первой или третьей группы.
Это тревожное сообщение вызвало настоящий переполох в небольшом коллективе. Мы знали, что наш сотрудник болен и находится на лечении в стационаре. При последнем посещении он порадовал нас тем, что дела его пошли на поправку, говорил, - скоро выйдет на работу. И вдруг реанимация - это на грани жизни и смерти. Понятно, каждый готов был отдать часть своей крови ради спасения жизни товарища. Но среди нас нашлось лишь пятеро с подходящей группой крови для больного. Опасаясь, что их донорской порции для больного не хватит, другие работники редакции обратились за помощью в различные организации, тем более, что журналист хорошо знаком и уважаем во многих городских предприятиях, его донорами сразу же согласились стать студенты РИИ, работники налоговой инспекции.
А пока редакция занималась поисками других доноров, пятеро из нас отправились на станцию переливания крови. Здесь, на осмотре у терапевта, выяснилось, что состояние здоровья трех журналистов не позволяет им сдать кровь. Повышенное артериальное давление, низкий гемоглобин крови - добровольному донорству лишь помеха. Но в данной ситуации самочувствие Владимира Ивановича волновало их больше.
- Надеемся, что один раз выдержим. А может быть, наоборот, давление нормализуется, - иронизировали они и сдали каждый по 400 граммов крови.
Специалисты СПК благодарно восприняли этот акт самопожертвования. И, напоив доноров сладким чаем с печеньем, вручив справки-освобождения от работы, проводили их восвояси. А провожая, сообщили:
- Вашему товарищу сделали операцию по поводу панкреатита, - и добавили. - За сданную кровь положена плата, но ваша сдача была целевой - конкретному больному, поэтому безвозмездной.
О чем бы ни говорили в этот день в редакции, все разговоры сводились к одному - состоянию здоровья Владимира Ивановича. В конце дня заместитель редактора набрала номер его домашнего телефона:
- Как самочувствие Владимира Ивановича, от наркоза отошел? - спросила супругу.
- Какой наркоз, какая операция? - недоуменно прозвучало на другом конце провода. И неизвестно, какие бы последствия вызвала наша информация для супруги больного, если бы… Владимир Иванович не находился рядом. Оказывается, пока редакция "стояла на ушах", наш коллега, оформив в больнице документы на выписку, пришел домой и спокойно смотрел телевизор, не подозревая о том, что все это время вокруг его "больной персоны" горели страсти.
Мы были настолько шокированы случившимся, что, не дождавшись утра следующего дня, позвонили на станцию переливания крови. На наши вопросы работник СПК Л. Критская долго объясняла, как могла появиться заявка на донорскую кровь, к утру обещала разобраться. А на-завтра в повторном разговоре обвинила работников редакции в черствости, бездушии и меркантильности.
Пытаясь разобраться в случившемся, мы обратились в городскую больницу №1. Доктор Наталья Шпак подтвердила, что 11 октября была заявка для нашего больного на СПК, но не на кровь, а на плазму. Особой срочности заявка не содержала, группа крови не имела принципиального значения. Диагноз же "панкреатит" данному больному не устанавливался.
Разумеется, что к произошедшему не мог остаться равнодушным человек, чье здоровье стало, не побоимся этого слова, предметом шантажа работников газеты.
Да, мне действительно переливали плазму крови, - рассказал Владимир Иванович. Не знаю фамилии тех людей, частица крови которых сейчас течет в моем организме. Я искренне благодарен им. Возможно, их донорская кровь улучшила мое здоровье, но никакого разговора о спасении от смерти не было. Я вообще не находился в критическом состоянии. Знаю, что на станции резко сократилось количество доноров, но потребность больных в донорской крови ничуть не уменьшилась. Сознаю трудности работников станции и, если нужно было компенсировать кровь, затраченную на мое лечение, сам мог бы найти доноров, не прибегая к обману. "Если бы наша работница не сообщила, что вы в тяжелом состоянии, то никто из работников редакции кровь бы не сдал", - заявила исполняющая обязанности главного врача СПК Елена Науменко.
А я убежден в обратном и могу обвинить в бездушии ту работницу станции, что сочинила легенду о моем здоровье. Она подумала о моих детях, внуках, о том, как они могли бы среагировать на резкое изменение моего состояния?..
Это я высказал руководителю СПК, но боюсь, что она так и не поняла серьезности поступка своей подчиненной, хоть и обещала объявить ей выговор. Но не о наказании идет речь. Труд работников СПК считаю нелегким и благородным, но и выполнять его нужно столь же благородно, без обмана кого-либо, с чистой совестью.
К словам Владимира Ивановича остается добавить - дай Бог, чтобы кровь, сданная нашими сотрудниками, принесла облегчение кому-то из больных.
Хочется верить, что описанный случай оказался единичным в практике работы станции переливания крови. Однако реакция, с которой сотрудники СПК восприняли наши претензии, позволяет думать о другом. И еще. За последнее время не припоминаем случая, чтобы станция обращалась в нашу газету с просьбой о публикации материалов, способных увеличить число доноров.
[ Оглавление ]