[ Оглавление ] Немудреный промысел плетения ковриков и своя философия помогают рубцовчанину дяде Мише выживать да внучке-студентке помогать. Каждый день он берет в руки сумку на колесиках и тащит ее от дома до городского рынка "Северный" и обратно, а это - километров пять в один конец. Правда, груз не так и тяжелый: круглые, продолговатые и квадратные коврики, связанные крючком из распущенных старых вещей. С другой стороны, все-таки восемьдесят третий год подходит, но Михаил Степанович Шаров, которого все знакомые и соседи, даже родной сын, называют запросто дядей Мишей, никогда не жалуется.
- Дядя Миша, много наторговал на базаре? - интересуется соседка, встретив его по возвращении домой.
- Не-е. Не берут. И то, у всех в квартирах теперича паласы да персидские ковры лежат.
- Может, смысла нет стоять?
- Знаешь мою философию? Нет? Тогда слушай: не надейся, дед, на Богов обед, а сам пораньше вставай, да свой затевай. Поняла? Не очень хлопотное дело коврики вязать: сиди, холстину стриги, цвета подбирай, крючком проворней работай. Вот и все дела.
- Не хлопотно, говоришь? Занятно. Дедушка с крючком и тряпками возится...
- Куда занятнее баба у кузнечного молота на заводе. Когда моя Груня померла, всему пришлось научиться. Многое не могу уже делать по дому, а коврики - милое дело, по моим силам. Зато к какому соседу не заглянешь на огонек, у порожков мои коврики лежат. Вот и будет им память обо мне.
- Дядя Миша, дай мне один ковричек, а я вам баночку меда за это вечерком занесу.
- Выбирай, - раскрывает он свою сумку, как песенный коробейник.
А в ней - разноцветные коврики, какие моя бабушка стелила на полы в деревенской хате. Яркие, пестрые, они незатейливо украшали простое жилище. Такое, как у самого дяди Миши.
[ Оглавление ]